Хроники летних отпусков: Андрей Кириченко / лейбл Nexsound

Моим последним добровольным препятствием на отпускной траектории в Крым был город Харьков, где я собирался встретиться с Андреем Кириченко. Рано утром я дремал в столичном экспрессе, выдавливая из себя вопросы, которые мог бы ему задать.

Выпав из экспресса около полудня, я первым делом позвонил Андрею, но его не было дома — он гулял с сыном. Через некоторое время я все-таки дозвонился, и мы договорились о встрече.

Photography (c) Daniela Knuth 2004

На встречу я немного опоздал — задержали менты в метро. Их очень смутил мой вид: джинсы с одним карманом на боку, разноцветно-полосатая футболка, наушники и большой камуфляжный рюкзак за плечами, не иначе забитый под завязку наркотиками. Еще больше их смутил мой паспорт с казахстанской визой. В общем, пришлось выворачивать рюкзак. Надо заметить, что харьковская милиция гораздо ответственнее относится к своей работе, чем в киевская. При этом я не услышал ни единой грубости.

Когда мы, наконец, встретились с Андреем, я понял, что приехал в Харьков в очень неудобный день. Это был какой-то празник, в день которого, по местным правилам, спиртное запрещалось продавать в магазинах и подавать в барах. Мы с Андреем нарезали круги по центру в поисках пива, и, наконец, какая-то тетка в киоске согласилась продать нам 2 бутылки белого черниговского в ответ на мои вежливые, но настойчивые улыбки. За нами сразу же выстроилась очередь — в такой день два мужика, отходящие от киоска с пивом в руках — редкость, вселяющая надежду! Странный праздник…

Андрей Кириченко высок и худощав, ему двадцать семь лет, у него есть семья, работа и независимый лейбл. Кроме того, Андрей — очень плодовитый и разносторонний музыкант. Его деятельность простирается от idm’а с нечетко очерченным битом до электроакустических экспериментов, от импровизации до конкретной музыки, от дронинга до микротональных шумов. Он сотрудничал и сотрудничает с такими монстрами современной экспериментальной сцены, как Франциско Лопез, Ким Касконе, Джефф Сурак, Йонас Линдгрен и соотечественниками Kotra и The Moglass. На его композиции делали ремиксы Кевин М. Кребс (833-45), Робин Рамбо (Scanner), Франс дэ Ваард (Kapotte Muziek, Freiband), и еще куча народу. Пара десятков альбомов Андрея и проектов с его участием выпущены лейблами Ad Noiseam, Zeromoon, Notype, Tiln Sound, Soulworm и прочими. Autoplate в 2002 году опубликовал компиляцию под названием «Constructions For Andrey Kiritchenko» [apl006], сформированную из музыки, материалом для которой послужили андреевы сэмплы. Если короче — Андрей Кириченко записал тонну разнообразной музыки.

Andrey Kiritchenko — «Kniga Skazok» [adn23]
Ad Noiseam, 2003

Томик электронных сказок — спокойных и миловидных. Казалось бы, ничего особенного в этом нет, выпущены миллиарды дисков со спокойными и миловидными сказками. Но!

Во-первых, это не сказки с хорошим концом — они вообще без конца. Эти сказки рассказаны бабушкой, которая засыпает по ходу повествования, окончание растворяется в ее храпе. Потом она вдруг просыпается, и все начинается заново — но уже с новой сказки.

Во-вторых — непривычность звучания на первый взгляд привычной музыки. Это как бы idm, но только как бы. В нем нет заманчивого глубокого баса, вместо него — перегруженный гул, отдаленно напоминающий басовые партии. В нем нет бита — ритмическая составляющая сформирована из микротональных пощелкиваний и тресков. Вместо струнных перекатов — хриплый псевдо-нойз с неровными краями. Вместо мелодий — жужжащие обрывки, растянутые в несколько слоев, за развитием событий в которых трудно уследить.

Если бы в детстве мне рассказывали такие сказки, я ни за что не прикоснулся бы к каким-то там двенадцати месяцам, незнайкам и буратино с вкупе с ними.

Формат
CD, цена Ad Noiseam €12.5

Critikal — Art is God’s Gift [Fukk God 015]
Fukk God Lets Create, 2002

А это — продукт совершенно иного характера. Тоже сказка, но!

Альбом «Искусство — Дар Божий» был записан из материала трех музыкантов: Андрей Кириченко, Джефф Сурак (Zeromoon) и швед-микротональщик Йонас Линдгрен, которые и являются участниками проекта Critikal. Это 19-минутная короткометражка — сказка-стихотворение о том, как кот побывал в чулане и сожрал там всю сметану, рассказанная женой Андрея Ольгой. Странная работа трех странных музыкантов. Музыка из разряда той, которая сужает вокруг слушателя пространство, помещает его на время прослушивания в сырой предбанник с тусклой лампой, в маленькую тесную среду. Среда неуютная и несколько шизовая, но тянет к себе, как мультик про ежика в тумане, который в детстве никто не понимал, но все любили.

Непостижимые фильтры создают непостижимые завихрения. Из завихрений то и дело пробиваются детские голоса, но какие!.. Это вам не розовощекие малыши, которые попискивают в альбомах позитивного японца Такаджи Масакацу и у радужных idm’щиков. От детей такого не услышишь, их голоса у Critikal — нечто совершенно потустороннее. Когда в кадре — дети, по коже бегут мурашки.

В общем, Critikal — сказочники добросовестные. Как пить дать!

Формат
mp3, 192Kbps, 44KHz

Alphonse de Montfroyd & Nihil Est eXcellence — «Defect Analysts» [ns09]
Nexsound, 2002

«Анализаторы дефектов» — это короткое (22 минуты) дронинг-воплощение пост-дигитальности, провозглашенной Кимом Касконе еще в 2000 году. Альбом издан в микроскопическом тираже 50 экземпляров (с последующей допечаткой еще 50-ти) — на сегодняшний день он распродан, в начале марта мне удалось купить один из последних дисков. С недавнего времени релиз доступен в mp3 — [ns09].

Alphonse de Montfroyd — это Алексей Пилипенко, который когда-то играл красивую инструментальную музыку с женским древне-французским вокалом. Nihil Est eXcellence (или NEX) — это один из старых ников Андрея Кириченко.

Андрей и Алексей исследуют дефекты. Это чрезвычайно дотошное исследование — дефекты под руками исследователей корчатся, как крысы под скальпелем. Некоторые из них изучены очень тщательно — кажется, иногда можно рассмотреть шерсть на их мордах. Самый интересный трек — последний («wan-vex»): 10 минут отчетливой шершавой возни на фоне еле слышного почти-камерного почти-пения. К 8-й минуте трека возня безоговорочно побеждает, пение уступает ей пространство, а я медленно снимаю с головы наушники, завороженный этой сказкой — я чувствую себя так, будто залпом прочел пару томиков «Занимательной физики» Перельмана.

Формат
3″ CD-R; mp3 192Kbps, 44KHz

The Moglass & Andrey Kiritchenko — «dto» [apl013]
Autoplate, 2003

Харьковский импровизационный коллектив The Moglass состоит из трех человек — двое (Юрий Кулишенко и Владимир Бовтенко) играют руками на гитаре и басу, третий (Олег Ковальчук) отвечает за синтезаторы и прочие звукогенерирующие устройства, которые сам же и мастерит. Андрей Кириченко работает руками в Steinberg Nuendo и NI Reaktor, а также колдует над устройством Alesis Air FX с инфракрасными датчиками.

На своем совершенно неинформативном сайте The Moglass отозвались о релизе примерно так: звучит это «современно», но все равно хорошо. Мол, электронщик Андрей Кириченко нагнал электронщины, но ничего не испортил. Видимо, парни довольно старомодны. И побольше бы таких старомодных парней, ибо, без сомнения, The Moglass — редкий коллектив, умудряющийся в наше неживое время делать очень странную живую музыку.

Музыка гудит и жужжит. Длиннющие синтезаторные тросы в случайных местах перетянуты колючими гитарными узелками. Все перегружено, звука очень много, каждый его шмат стремительно раздувается и набирает объему, все время кажется, что громче уже некуда. Нечеловеческий вибрирующий вой с медленным, но непредсказуемым реагированием на появление новых неподъемных кусков звука. Слушать на слабой громкости противопоказано. Один из моих любимейших альбомов!

Формат
3″ mp3, 192Kbps, 44KHz или CD-R, доступный с сайта Nexsound

Photography (c) Daniela Knuth 2004

Разговор под слепящим солнцем

Андрей — очень спокойный и обстоятельный человек. Он был единственным, с кем за это лето интервьюполучилось — то есть, мы сидели, пили пиво, курили, я задавал вопросы, а он отвечал — спокойно и исчерпывающе. Мы говорили чуть более получаса, этого было вполне достаточно. Я начал с вопросов о лейбле, которые у меня возникли по результатам короткой предварительной переписки.

Андрей, в одном из писем ты писал, что тиражи лейбла составляют «пока 500 шт». «Пока» означает, что ты собираешься выходить на большие показатели?

«Да, мне хотелось бы выпускать диски по 1000 экземпляров. Дело в том, что таким образом себестоимость диска получается ниже, и мои затраты были бы гораздо меньше. К тому же такой тираж даст мне возможность делать больше промоушена для альбомов».

Ага, я помню одну из твоих фраз — «приходится быть немного бизнесменом». И насколько у тебя это получается?

«Ну, ты знаешь, тянуть лейбл — это довольно нелегко. В особенности, если он находится в Украине и выпускает такую музыку. Как правило, на выпуск релизов требуется огромная куча денег, которая не всегда возвращается. Когда возвращается, это вдохновляет, но как это превратить в систему — я пока еще не знаю. Я думал, вот появятся какие-нибудь деньги, нужно будет заниматься рекламой в музыкальных журналах. А потом узнал, что одна страница в журнале Wire стоит две с половиной тысячи долларов. Это достаточно серьезно, учитывая то, что я на тиражи наскребаю последние копейки. Причем, желательно, чтобы они вернулись — для следующего тиража. В общем, если будут продаваться диски, то можно будет давать рекламу. Надеюсь, это повлияет на продажи. Продвижение независимого лейбла — это штука, конечно, классная и нужная, но если нет какой-то материальной отдачи…

Вообще, покупательская способность в Украине и России очень низкая. Я сам поставлен в такую ситуацию — когда покупатель не всегда может позволить себе купить музыку, которую ему хочется, на дисках за 10 — 12 долларов. Не говоря уже о том, что фирменные диски в Украине за 20 долларов продаются — вообще сумасшедшая ситуация! Поэтому я не могу поставить себе такую цель, что мол, вот — дешевле я не продам! Нужно пытаться находить какую-то золотую середину.»

А в выпуске несколько более коммерческих релизов ты видишь какой-то выход? Таких, как I/DEX, например.

«Да, он мягче, чем все остальные, он действительно немного лучше продается. Но дело в том, что в коммерческой сети абсолютно другая ситуация. Там большие тиражи, лучший промоушен, лучшее качество, и вообще — совсем другие рыночные ориентиры. И мне на них ориентироваться — смысла нет. Уже сформировалась сеть наших дистрибьюторов, есть уже какие-то люди, с которыми я постоянно связан, появляются постоянные покупатели. И если я буду что-то коммерческое издавать, сам понимаешь — все это может осыпаться… Кроме того, для выпуска более коммерческих релизов нужны бОльшие вложения: люди, которые хотят опубликовать свою музыку, и знают, что она будет продаваться, по-другому к этому относятся. Они и промоушена требуют соответствующего, и гонорара, и тиражей. Для всего этого нужны деньги. Но не только — еще нужна масса времени на то, чтобы наладить контакты с дистрибьюторами. Это достаточно тяжело, потому что лейблу, который никому не известен и не имеет никаких знакомств в магазинах и местах, где продаются диски, очень трудно убедить человека взять релиз на дистрибуцию.»

Насколько я понимаю, у Андрея эти знакомства есть. На сайте Nexsound каждый релиз сопровождается информацией о дистрибьюторах, среди которых A-Musik, Tamizdat, Aquarius, Staalplaat, Ad Noiseam…

Коммерческим релизом может быть не только альбом с мягким саундом и прозрачной структурой композиций. Это может быть релиз громких имен — например, ваш «Fourfold Symmetry», в создании которого принимал участие Ким Касконе. Но при этом диски «Fourfold Symmetry» почему-то очень плохо продаются.

«Да, и я не понимаю, почему так происходит. Практически никому неизвестный I/DEX покупается гораздо лучше, чем Симметрия.»

А всяческого рода ревью в прессе, пресс-релизы — это как-то стимулирует продажи?

«Вообще, все стимулирует продажи — и рецензия, и реклама, и пресс-релиз на сайте. Довольно яркий пример — The Moglass «Kogda Vse Zveri Zhili Kak Dobrye Sosedi». Весь тираж (всего 100 экземпляров) пролежал у меня целый год, диски практически никто не покупал. Потом я разослал несколько копий по бумажным журналам, которые ориентированы на эту музыку — post-, drone-rock и прочие вещи. И в одном достаточно авторитетном журнале его очень хорошо отрецензировали с положительной стороны. И после этой рецензии весь тираж был раскуплен фактически за два месяца.»

100 экземпляров — это очень маленький тираж, особенно учитывая ценность материала. У тебя в планах нет переиздания этого релиза?

«Пока нет, но мне очень хотелось бы переиздать его на виниле.»

Есть такая возможность?

«Возможности, к сожалению, нет. По крайней мере, ни в Украине, ни в России, ни в Белоруссии. Но есть возможность в Чехии. Только нужна куча денег для того, чтоб оплатить сам тираж и пересылку. Пластинки напряжнее пересылать, чем диски.»

Мы еще немного поговорили о нюансах пересылки пластинок и дисков, а потом вернулись к релизам Nexsound.

Насколько важен в релизах твоего лейбла концепт? Вы редко выпускаете что-то «просто так», без какого-нибудь понятийного пространства. Например, «Fourfold Symmetry» или «Rural Psychogeography» — за ними стоят серьезные мысли, теории, в рамках которых музыканты занимаются практикой.

«На самом деле, концепт не стоит на первом месте, по крайней мере, при издании релиза отдельного автора. Но когда речь заходит о сборнике, мы сначала придумываем идею.

Вдохновителем Психогеографии был Юра из Moglass. В самом начале мы решили сделать компиляцию с работами известных музыкантов, чтобы повысить рейтинг у слушателя, надеясь на возможное улучшение продаж всех остальных дисков. Но компиляция просто сама по себе — не очень интересная штука. Это как одеяло, сшитое из лоскутков — оно вроде красивое, но греет слабо, и особого смысла в нем нет. Но когда в компиляции появляется общая мысль, идея, она может слушаться, как конечный продукт, единое целое. Когда в журналах пишут рецензии на компиляции, то общая мысль такова: «ну вот — еще одна компиляция». Не хотелось делать «еще одну компиляцию». Хотелось сделать так, чтоб это было и красиво, и многосторонне, и слушалось, как альбом — в одном ключе, подчиняясь общей идее. Так что концепт важен, по большей части, при выпуске сборников.

Что же до всех остальных дисков… Вот, например, для «Телеграфных столбов» The Moglass (Полное название альбома — «Уходящие Вдаль Телеграфные Столбы Становятся Всё Меньше и Меньше…») идея была придумана после записи. То есть, сначала была записана музыка, а потом музыканты подумали, что эта музыка — иллюстрация трансформации сознания при перемещении в пространстве. Они и треки для релиза разместили соответствующим образом.»

Речь зашла о нет-лейблах, я объяснил Андрею свою позицию по отношению к самому явлению, и поинтересовался его мнением на этот счет.

«Нет-лейблы — несомненно, положительное явление. С моей точки зрения, они создаются не только для того, чтобы утешить себя, но еще познакомить слушателей с интересными вещами. Для меня, как для музыканта, самым важным является то, чтобы мою музыку услышали, а вопросы типа кем она была выпущена, и получу ли я за нее гонорар, остаются на втором плане. И в этом смысле нет-лейблы — очень классная и удобная затея. Не надо рассылать миллион демо-записей, не надо ждать полгода, пока релиз будет издан, не надо подписывать контрактов, напрягая себя переговорами с корпорациями: кто будет распространять релиз, какой будет промоушен, сколько они платят за то, а сколько — за это, короче, все это достаточно мерзко. С интернет-лейблами проще — ты делаешь музыку, и ее издают.

Например, наш с Moglass безымянный альбом, который на Autoplate издан («dto»), был скачан две тысячи раз. Это значит, что минимум две тысячи человек его услышали. В то же время, только треть тиража моей «Книги Сказок» продана. Качество звучания и вообще выпуска релизов и у Autoplate, и у Ad Noiseam очень высокое.

Многое, конечно, зависит от уровня и известности лейбла. Например, моя «Бандура» (EARLabs) была скачана около 700 раз. Иос Смолдерс (шеф EARLabs) — несомненно, человек с хорошим музыкальным вкусом, но Autoplate — просто популярнее.»

Я решил, раз уж зашла речь о Кириченко-музыканте, нужно узнать, какую же все-таки он делает музыку.

Photography (c) Katya Zavoloka 2004

Андрей, ты — один из самых эклектичных музыкантов экспериментальной сцены. Среди твоих альбомов едва ли можно встретить пару с хоть немного схожей атмосферой. Это осознанно или само собой получается?

«Это вполне осознанно, я сам постоянно себя подстегиваю — боюсь повторяться. Хотя это не совсем правильно с точки зрения объемов продаж. Бывало такое, что людям очень нравится музыка, которую я играю вживую. Они подходят ко мне на выступлениях и спрашивают «а есть точно такое же?» Я отвечаю «нет точно такого, но вот — немножко похожее, а это — чуть менее похожее». Они покупают, а потом пишут, ну типа, да неплохо, но то, что ты вживую играл — это было вообще супер! Или такой пример — на фестивале «Information Wants To Be Free» мне организовал выступление Николас Шеврю, хозяин лейбла Ad Noiseam. Мои альбомы на Ad Noiseam — это ритмический материал. А на фестивале я играл 70 процентов эмбиента — с контактными микрофонами, с шуршанием… И, несмотря на то, что сразу после выступления люди шли к Николасу и покупали мои диски, он сделал мне замечание: «Почему же ты не играешь музыку, которую издаешь на моем лейбле?» А все просто — у меня нет лэптопа, а с дисков ставить музыку скучно. Мне хочется на сцене что-то делать, добиваться какого-то взаимодействия со слушателем. Иначе получится так, что, прослушав один мой альбом, люди подумают, что я именно в этом ключе и двигаюсь. Некоторым нравится, что я двигаюсь куда-то дальше или просто в другую сторону, а некоторые не хотят больше покупать диски после первого-второго опыта. Но для меня это очень важно, повторяться я не хочу ни в коем случае.»

Ты знаешь, мне очень симпатична эта идея. Я оказался одним из тех, кто, побывав на твоем выступлении, начал качать mp3 и покупать диски с твоей музыкой. Я услышал гору интересной и разнообразной музыки, но такого, как было тогда в Барвах, больше нигде не слышал.

«Да, поэтому мне и нравится — это эксклюзив. Я делаю музыку не для того, чтобы кто-нибудь просто пришел в клуб и услышал то, что есть на дисках, только громко, в лучшем качестве и с бокалом пива. Я хочу, чтобы слушатель слышал, что происходит здесь и сейчас — текущее настроение, мысли, то, что я чувствую и стараюсь передать именно в этот момент. »

А насколько местная аудитория готова к тому, чтобы слушать такую музыку? Или вообще подходить к мероприятию с такой точки зрения — «послушать музыку, но в хорошем качестве и на больших колонках». Как правило, вечеринки в клубе до сих пор ассоциируются с ухающей, долбящей — одним словом, танцевальной музыкой.

«Ну, если ты имеешь в виду Харьков — то, в принципе, ничего положительного. На мое выступление в Харькове пришло около 30 человек, и только 10 из них слушали музыку, остальные сидели в баре. Зато в Киеве на наши вечеринки приходят 100-120 человек. Причем, это даже для запада очень неплохо. Например, Джефф Сурак с Zeromoon говорил, что на выступления такого характера может придти 10-15, иногда 30, иногда 40 человек. Но сотня — это когда приезжает какая-то звезда типа Феннеж (Christian Fennesz, плодовитый электронщик из Вены). Но вообще, мне нравится, что я постоянно получаю письма, много людей из Киева просят продолжать делать вечеринки.»

Я помню, как в одном из писем ты писал, что собираешься выпустить еще один релиз на Ad Noiseam, а потом на время остановиться. Речь шла о релизе именно на Ad Noiseam или вообще любом твоем релизе?

Ну, есть определенные трудности в работе с Ad Noiseam, о которых я не хотел бы рассказывать. И, кроме того, их странный репертуар, который мне совсем не по душе.

Вообще, Николас (Nicolas Chevreux, шеф лейбла Ad Noiseam) — человек достаточно самоуверенный, он редко прислушивается к чьему-либо мнению. Он выпускает музыку, которая ему нравится, очень редко задумываясь о том, будет она продаваться или нет. Но если ему что-то понравилось, он сделает все, чтобы продать этот диск. Это мне в нем нравится — не являясь музыкантом, он делает свое дело хорошо.»

Очень громко и очень низко над нами пролетел самолет. Андрей объяснил — авиа-завод рядом.

«Честно говоря, после Аллы Загайкевич (о которой — в материале о Kotra) я хотел бы остановиться на Nexsound. Посмотреть, стоит ли дальше заниматься дисками, или переквалифицироваться в онлайн-лейбл — если не больше, то никак. За счет издания диска Muslimgauze, у нас появилось два новых релиза. Но смогу ли я находить еще Muslimgauze, чтобы оправдывать другие релизы, и нужно ли это — неизвестно. И вообще, зачем хранить дома в шкафу сотни дисков, если они никому не нужны. Короче, я хочу сделать максимум того, что от меня зависит, вложить максимальное количество энергии в промоушен. Но если соответствующего отклика так и не появится, то ничего не останется, как превратить Nexsound в нет-лейбл.»

Ну, mp3-релизы Nexsound, на мой взгляд, не менее интересны, чем CD.

«Да, ты прав, хотя я понижаю планку для mp3-релизов. Когда я получаю демо, то в первую очередь думаю, насколько это качественный материал, насколько я в него верю. И если я в него не верю, то заниматься продажей этого диска я не буду. Бывают, конечно, сложные ситуации, когда я получаю диск, который хотел бы издать. Скажем, на нем есть несколько поразительных треков, а остальное — музыка вроде бы неплохая, но я не на сто процентов уверен, что смогу ее продать. Нет смысла в повторении ситуации, которая сложилась у Warp или Mille Plateaux — у них просто есть поток, который они уже не контролируют. Продажи идут по накатанной колее, отчего диски теряют во взаимодействии со слушателем. Существует наработанная схема промоушена, никто даже и не подумает, как бы извратиться и представить релиз в более интересном ракурсе, в более интересной упаковке или типа того…»

Ну, как раз эти лейблы — типа Warp, Mille Plateaux, Virgin, Mute утратили репутацию экспериментальных. Это уже не лейблы, а корпорации, соответственно, что, что там происходит — не творчество, а бизнес-процессы. Я допускаю, что есть музыканты, которые выпускают музыку на Warp, потому что им хочется этим заниматься, но блин… Когда диск запечатан в глянцевую упаковку с рекламным вкладышем и бонус-CD, да еще и стоит 20-25 баксов, отклик слушателя нивелируется, не принимается во внимание. Тебе просто говорят, что ты — один из сотен тысяч, купивших пример корпоративного саунда. Это не сравнимо с ценностью нового альбома The Moglass в упаковке из твердого картона, к тому же сделанной руками.

«Да, можно сказать, что все люди в душе — немножко фетишисты, всем нравится, когда что-то сделано практически эксклюзивно для них. Кроме того, ты получаешь не только музыку, ты получаешь еще и визуальную информацию, которая тоже является фактором формирования восприятия релиза в целом.»

А насколько важен фактор необычности материала в процессе принятия решения о выпуске релиза? Насколько я понял, некоторые релизы лейбла выпускаются по причине весомости имени музыканта, некоторые — по вполне естественным коммерческим соображениям. А остальные? Бывает так, что ты получаешь демо, которое тебя просто удивляет или вообще поражает до глубин воображения, и именно поэтому ты решаешь его издать.

«Точно, все именно так. Когда я получаю что то необычное, руки чешутся это издать.»

Я выключил диктофон и поблагодарил Андрея за разговор. В ответ он поблагодарил меня за проявленный интерес и спросил, бывал ли я прежде в Харькове. В Харькове я не бывал, поэтому мы отправились немного прогуляться. Естественно, заговорили о всякой музыке, уже как потребители: о Киме Касконе, Scanner’е, Фрациско Лопесе, Франсе дэ Ваарде, Ultra Milkmaids, Кевине Кребсе (833-45) и много еще о чем и о ком. Андрей рассказал, что ему очень нравится музыка 833-45, и у него в планах был совместный релиз с Кевином Кребсом. Но так как Кевин недавно стал отцом, планы отодвинулись в неопределенное будущее.

В конце концов, я отчалил в направлении вокзала, напоследок договорившись с Андреем о пересылке ему некоторых cd-r’ов скопившейся у меня интересной музыки. Перед тем, как залезть в поезд, я решил перекусить в вокзальной столовке. И очень удивился, когда мне без вопросов продали там бутылку пива.

Несколько свежих релизов Nexsound и один вечно молодой
The Moglass — «Telegraph poles are getting smaller and smaller as the distance grows» [ns12]
Nexsound, 2003

Очень эмоциональный диск, вдумчивый и громкий.

Большая часть музыки для альбома была записана еще в 2000 году, а уже потом было придумано, как она будет называться. «Уходящие вдаль телеграфные столбы становятся все меньше и меньше» — одно из наблюдений дрифтера — бесцельно шатающегося человека. Но бесцельность — это только на первый взгляд. На самом деле, человек наблюдает за своим состоянием, и обнаруживает, что с перемещением в пространстве меняется не только физическое местоположение, а также и сознание. По мере продвижения вдоль столбов их зрительная высота изменяется за счет трансформации зрительных и аналитических характеристик их наблюдателя.

«Уходящие вдаль телеграфные столбы…» — практика психогеографии, речь о которой — немножко позже.

Формат
CD, цена Nexsound €5.00

Tirriddiliu — «Deliranti In Circostanze Astratte» [ns25]
Nexsound, 2004

Ты-ды-дыщь!!!

По большому счету, это — уже достаточная характеристика. Просто хочется еще немного потрепаться…

Самодельное взрывное устройство осколочного действия с офигительным радиусом поражения и коротким фитилем — 17 с половиной минут. Все плотно упаковано, сдавлено, стиснуто, а его распирает, и оно дрыгается, дрыгается, дрыгается… Лупы отсутствуют, ни музыкальности, ни привычности, ни какой бы то ни было подобной пощады. Tirriddiliu — сицилийское слово, оно означает гиперактивного маленького разрушителя, энерджайзера, у которого аллергия на спокойное состояние, причем в его планы совсем не входит творить добро. Малолетний подонок. Так называет себя молодой итальянец Дарио Санфилиппо.

17 с половиной минут — в самый раз. Непродолжительное время звучания — крайне положительный момент с точки зрения восприятия этого кромсалова. Очень впечатляющий трек — последний «Osessionando Prokofiev». Учитывая непрекращающуюся молотилку предыдущих треков (да и этого тоже), он переполнен музыкой!

Андрей говорил, что два следующих диска, которые он получил от Дарио, его совершенно не впечатлили. Но этот!..

Формат
mp3, 192Kbps, 44KHz

V/A — «Rural Psychogeography» [ns20]
Nexsound, 2004
Когда я первый раз заткнул Психогеографией уши, то поначалу несколько удивился — ожидал гораздо большего. А так… Полевые записи. Все шумит. По разному: иногда красиво, иногда странно. Но не завораживающе. И так я думал примерно двадцать минут.

Все изменил Андрей Кириченко, который свой вклад в исследование достижений психогеографии посвятил поселку Бабаи Харьковской области. Поселок у Андрея получился странный, населенный необычными звуками и оставляющий у слушателя чувство чего-то, куда ему не следовало слушать.

После этого диск очень оживляется. Особенно стараниями следующих треков «Beijing Crossroad» швейцарцев Томаса Корбера и Гюнтера Мюллера и «Double Strapontine» француза Lunt с человеческим именем Gilles Deles. В прошлом году Nexsound выпустил его mp3 альбом «An Half Of You» [ns24], который мне совсем не понравился. Если бы целый альбом таких треков, как в Психогеографии!..

За Lunt следуют The Moglass, которые окончательно сосредотачивают внимание на сельской психогеографии.

Вообще, сельская психогеография — внучка обычной психогеографии — псевдо-науки о воздействии окружающей (изначально — урбанистической) среды на сознание индивидуума. Психогеографы середины 20 века бродили по улицам и наблюдали за людьми, за толпами, за собой. Определенная их формация пользовалась своими достижениями для борьбы (или, по крайней мере, обоснованных высказываний) против глобализма и зомбирования граждан государством. Иные — для написания странных книг о нюансах ментального самочувствия городских жителей. Однако сейчас города психогеографам не интересны. Подробно об этом — на листочке кальки, который можно найти в грубом конверте вместе с диском (текст также продублирован на сайте Nexsound — psychogeography). Автор текста — Наталья Загурская, доцент кафедры философии Харьковского национального университета, кандидат философских наук. Ее основная мысль состоит в том, что современные психогеографы перестали интересоваться городами и ушли в подполье — теперь они исследуют бесконечные возможности проявлений дикой жизни у забытых рек и в трухлявых поселках. «Путник должен позаботиться о крепости своей обуви, захватив с собой сапожный нож. Его ручка располагается в Европе и Северной Америке, режущая поверхность проходит через Украину, а острие направлено на Новую Зеландию как одну из наиболее отдаленных и вместе с тем впечатляющих секретных точек.»

Формат
CD, цена Nexsound €5.00

kim cascone/andrey kiritchenko/andreas berthling/kotra — «fourfold symmetry» [ns08]
Nexsound, 2002

Тот самый вечно молодой релиз.

«Четырехкратная симметрия» упакована по стандарту Nexsound’a в довольно оригинальный конверт, который, правда, чрезвычайно неудобно открывается и закрывается. Неровные края упаковки выдают работу обычных ножниц. Внутри конверта, на листике непромокаемой бумаги напечатан список треков, края листика обладают такой же естественной неровностью. Ручное производство упаковок — один из самых приятных принципов лейбла.

Общая мысль такова. Трек-результат получается путем переработки исходного материала (sources), предоставленного переработчику кем-то из участников проекта. Каждая композиция сопровождается информацией о том, кто предоставил исходный материал (sources by), и кто занимался его трансформацией (composed by). Главная цель — получить новое звучание, неожиданное как для слушателя, так и для поставщика материала.

Треки чрезвычайно индивидуальны, автор угадывается моментально. Вот эти щелчки — дело рук Kotra, этот колючий низкочастотный пад — Кириченко, а еле слышные всплески и хлюпы на фоне холодного шума — Ким Касконе. Трудно понять, как можно оставаться настолько различимым в рамках музыки, которая на протяжении часа звучит совершенно одинаково! Ценность релиза только косвенно заключается в оригинальном концепте — главное то, что мы имеем дело с очень личной музыкой.

А для знакомства с концептуальной стороной альбома можно почитать мысли его создателей — www.nexsound.org/symmetry.html. Думают они много, обстоятельно, и хоть несколько пафосно, но довольно трезво.

Есть мнение, что «fourfold symmetry» — это история электронной музыки на одном диске. Фраза, конечно, немного претенциозная, но разрази меня гром, если это — не чистая правда!

Формат
CD, цена Nexsound €5.00

У меня сложилось мнение, что Андрей вполне отдает себе отчет в том, чем занимается. Мне это ужасно понравилось — к настоящему моменту мысль «я не уверен, что делаю музыку правильно» набирает обороты популярности среди молодых музыкантов и уже почти оправдывает тонны хлама (в том числе, экспериментального), которое вываливается на музыкальный рынок. С одной стороны, я согласен с этим соображением: в современном мире, где творчество в большинстве своем базируется на цифровых технологиях, совершенно невозможно разобраться, что правильно, а что — полная херня. Но когда музыкант говорит такое о своей музыке, пропадает всякая охота с ней знакомиться. Какой смысл чем-то заниматься, если нет уверенности в том, что это — правильно хотя бы в рамках собственного заявления? Зачем вообще что-то делать, если в этом нет заявления!

Июль, 2004

Nexsound.org — сайт лейбла
Nexsound.org/ak.html — страница Андрея Кириченко

Реклама

One Trackback to “Хроники летних отпусков: Андрей Кириченко / лейбл Nexsound”

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: