Public Record of Ultra-red

Неоколониальная политика янки и европейцев породила массу проблем для них самих — эмигранты из стран третьего мира объединяются в политически активные образования на территориях стран, ведущих такую политику. С их точки зрения эмигранты — нарушители границ, враги.

  

Интернет-лейбл Public Record — образование довольно свежее, он запущен во второй половине 2004. Каталог лейбла обновляется относительно часто, к настоящему моменту выпущен уже десяток релизов, большая их часть — информация музыкальная, но встречается и графическая. Все музыкальные релизы Public Record — долгоиграющие (LP), они звучат в среднем от 40 минут до часа, этим людям определенно есть, что сказать. Музыка публикуется в офигительном качестве, с повышенным (по меркам большинства нет-лейблов) битрейтом — 224kbps. Все бесплатно, на заглавной странице сайта лейбла красуется плакат с надписью «FREE MUSIC NOW».

Public Record задуман как часть творческого выхода политически ориентированной организации под названием Ultra-red и ее соратников. Ultra-red — это Элизабет Блэни (Elizabeth Blaney), Пабло Гарсия (Pablo Garcia), Донт Райн (Dont Rhine) и Леонардо Вильчис (Leonardo Vilchis). Все они живут в Лос-Анджелесе, временами активно путешествуя. На выступлениях Ultra-red стоят за своими лэптопами и коробками в платках, скрывающих лица, в них же фотографируются для прессы. Кроме выступлений, они устраивают инсталляции, перформансы и публичные агит-акции (public space occupations, ps/o). Определенная доля материалов, которые публикуются на Public Record, являются документальным отражением этих акций.

Ultra-red существуют уже 10 лет и по праву называют себя организацией, а не коллективом музыкантов, у них даже есть собственный информационный секретарь в лице Донта Райна. Сфера их деятельности простирается далеко за пределы создания музыки. Да и отношение к музыке у них особое — они рассматривают ее как способ передать аудитории свои (вполне социалистические) идеи без искажения смысла. Дескать, между ртом, произносящим слово, и ухом, это слово воспринимающим, может возникнуть смысловой фильтр, который исказит идею рта, и ухо в результате окажется обманутым. Музыка же функционирует в более широком диапазоне, чем смысловой, она обладает способностью влиять на тело в целом, а не только на его кусочек под названием мозги, и поэтому является гораздо более убедительной штукой. В общем-то, довольно осмысленная точка зрения.

Основным занятием Ultra-red является укрепление сотрудничества между творческими единицами и социальными движениями с целью выражения своих политических мотивов в терминах искусства. Одна из целей ультра-красных — радикализация устоявшихся принципов электронной музыки и саунд-арта. Не имеет смысла спорить с тем, что радикализация современной электронике совсем не помешает.

Если говорить о музыке Ultra-red, то в основной своей массе она ближе всего к хаусу. Но это не совсем обычный хаус, нет в нем космически позитивных сладостей европейского хауса: «мясного» бас-барабана, карамельного эха, мелодичных призвуков, «глубоких» басовых линий и манящих фраз, произнесенных сексуальными девичьими голосками. Это американский хаус, и вместо всей этой приторной патоки в нем — плакатное несогласие с положением вещей и твердая уверенность в собственной правоте. Если бы в России в начале 20-го века существовал такой хаус, футуристы вряд ли прошли бы мимо. Впрочем, не очень-то это и хаус. Скажем так — это неимоверно заводная и не всегда однозначная ритмическая музыка. Правда, Ultra-red занимается не только ритмичной музыкой, есть в их дискографии записи, которые можно назвать чем-то вроде audio-documentary, то есть, документальная музыка — аудио-отражение происходящих в реальности событий вроде митингов, встреч, интервью, просто рассказанных историй. Но вообще трудно сказать однозначно, какой именно музыкой занимаются Ultra-red — документальные записи умело вплетены в заводные техно-номера, есть электроакустические завихрения, есть продолжительные гудения с тенью эмбиента, есть даже некий гетто-бит.

Зато можно однозначно сказать, какими полезными делами занимаются Ultra-red — на своем сайте www.ultrared.org они достаточно исчерпывающе описывают свои общественно-политические инициативы. Вообще, начав бродить по ссылкам на ultrared.org, я быстро обнаружил, что столкнулся с целой библиотекой полезной и любопытной информации, и у меня сложилось впечатление, что эти люди обладают нечеловеческой энергией и неуемным любопытством.

Как и положено общественной организации, Ultra-red рассматривают свою деятельность как набор определенных тематических проектов, каждый из которых посвящен определенной социальной проблеме. Все они находят свое отражение в музыке, некоторая публикуется на Public Record. Например…

Серия Transistors посвящена проблемам миграции, Ultra-red как бы задают себе и всему остальному человечеству вопрос: являются ли эмигранты просто жертвами системы, или они — объект сопротивления пост-капиталистическим империям? Или даже так: являются ли эмигранты навязанной обществу проблемой, существующей в воображении пост-капиталистов, или же они — настоящие живые люди, несогласные с имперским порядком и готовые с ним бороться? Ultra-red считают, что отношение северо-запада к эмигрантам способствует завершению перехода от неолиберального к неоконсервативному режиму. Неоколониальная политика янки и европейцев породила массу проблем для них самих — эмигранты из стран третьего мира объединяются в политически активные образования на территориях стран, ведущих такую политику. С их точки зрения эмигранты — нарушители границ, враги. С другой стороны находятся неспособные противостоять глобальному капиталу социальные демократы, которые кричат о правах человека и изображают эмигрантов в виде жертв. Цели и желания же самих эмигрантов умалчиваются, о методах внедрения их в общества стран первого мира вообще редко кто вспоминает. А методы таковы: постепенное встраивание валют стран третьего мира в монетарный оборот стран первого, языковое влияние эмигрантов, смена гражданства ключевыми лицами политически активных ячеек. В общем, определенная часть эмигрантов тоже мыслит и действует в терминах геополитики, и, похоже, Ultra-red много чего об этом знают.

   
 
Ultra-red Play Los Jornaleros del Norte [PR No. 2.02.001]

Первым релизом в серии стал альбом самих Ultra-red, повстречавших в Лос-Анджелесе группу Los Jornaleros del Norte («поденщики с севера»), состоящую из мексиканских эмигрантов. Некоторое время ультра-красные посещали их репетиции, много о чем с ними говорили и все время записывали. Затем материал был переработан, наполнен заводным латинообразным хаусом и электроакустикой, и опубликован на Public Record под нехитрым названием «Ultra-red Play Los Jornaleros del Norte» [PR No. 2.02.001]. Отрывки разговоров по-испански и по-английски, временами сочный бит, временами просто настройка инструментов, в целом слышно — два микросообщества ощупывают друг друга, идет притирка разных идей и музык, начало сосуществования. Немного в стороне находится только 6й трек «Trabajo y Dias» — расшатанный ряд глубоких басовых толчков, ни к танцевальной, ни к агитационной музыке не имеющий никакого отношения. Мне он нравится больше всех остальных на альбоме.

   
 
Elliot Perkins 'Eurodac Express' [PR No. 2.02.002]

В сети Public Record попал и всячески уважаемый молодой человек Эллиот Перкинс (Elliot Perkins), в прошлом выпустивший под псевдонимом Phonem пару альбомов спокойной электроники на берлинском нео-поп лейбле Morr Music. В 2002 году Morr Music опубликовал нашумевший альбом Phonem «Ilisu», посвященный гидроэлектростанции Ilisu в Турции, строительство которой породило настоящую геополитическую и социальную проблему (в основном, это касается вмешательства Британии в дела турецкие, к тому же строительство связанно с ущемлением прав курдов). После «Ilisu» Эллиот замолчал почти на три года. И вот — в конце 2004го он дал о себе знать совместным проектом с фотографом из Бангладеш по имени Шагидул Алам (Shahidul Alam). Проект под названием «Eurodac Express» предназначался для фестиваля Futuresonic в Манчестере, он посвящен борьбе эмигрантов против техно-бюрократических заморочек на границах стран Евросоюза. «Eurodac» — название автоматизированной системы пропуска через границу, которая, по мнению беженцев, Эллиота Перкинса и Шагидула Алама, внедрена для создания нового устойчивого фильтра проникновению эмигрантов в Евросоюз. Слово «Express» означает, что это система быстрого и безболезненного пропуска, оно включено в название проекта с издевательским оттенком — на самом деле, безболезненность во многих случаях оборачивается невозможностью. Музыка альбома «Eurodac Express» [PR No. 2.02.002] спокойна, но настороженна, и в целом производит мрачноватое впечатление — в общем-то понятно, что эмигранты расположены к этой пропускной системе далеко не дружелюбно.

Несколько изменилась музыка Эллиота по сравнению с теми временами, когда он был Phonem’ом. Хоть и звучит, как и раньше — медленно, грузно, несколько брек-битно и очень реверберированно.

   
 
Ultra-red Play Kanak Attak [PR 2.02.003]

Самый вызывающий, агитационный и ээээ… танцевальный релиз в серии Transistors — трансформация музыки Kanak Attak (немецкие коллеги Ultra-red) в систему ценностей американских противников депортации — «Ultra-red Play Kanak Attak» [PR 2.02.003]. Настойчивый плакатный хаус, далеко не минимал, и уж никак не майкро. Маяковский-хаус. Трек «Movement for Airports» (номер 6) — настоящая бомба, это живая запись митинга, замешанная на истерически заводном бите. Это был реальный экшн, который Ultra-red совместно с Kanak Attak проводили в поддержку задержанных в аэропорту Франкфурта эмигрантов. Речь девушки, проводящей митинг (по всей видимости, это была Элизабет Блэни), звучит как пощечина, фраза «The freedom of movement is the fundamental human right!» («Свобода передвижения — фундаментальное право человека!») заставляет ей поверить, почувствовать у себя внутри растущее возмущение тем, с чем эта девушка не согласна — то есть, это вполне работающая агитация. Но самый интересный номер в альбоме — следующий за «…Airports», седьмой — «Illegalization». Вначале он кажется вяловатым клубным треком из сугубо электронных источников, но к середине своей внезапно щелкает хвостом в воздухе и превращается в упругий комок энергичного техно, без остановок и сомнений разрастающегося и занимающего себе место в пространстве.

   
 
Movement for Airports Transistors Remixes [PR 2.02.004]

Трек «Movement for Airports» оказался настолько удачным, что следующим релизом Public Record стал сборник его ремиксов — «Movement for Airports Transistors Remixes» [PR 2.02.004]. Ну и, понятное дело, он оказался гораздо слабее оригинала. В сборнике привлекают внимание только треки самих Ultra-red и два коротких гуделова Эллиота Перкинса. В целом очень пестро: есть тут и мелодичная электроника и совсем уж неуместный техно-даб, встречается даже уместный, но совершенно бессмысленный образец некоего пауэр-бита, больше напоминающий современный российский амбициозный рок вроде B-52. Но гулкие субстанции Эллиота Перкинса и заводной трек Ultra-red «Movement for LAX Airport.» — вполне ничего, и в общем-то все это дело стоит внимания.

   
 
Ultra-red 'The Debt' [PR 2.03.011]

Совсем недавно на Public Record был опубликован еще один альбом Ultra-red из другой серии — «The Debt». Разработка проекта ведется давно, он посвящен распространенной проблеме буржуйских государств, которая по-буржуйски называется public housing — имеются в виду в первую очередь спонтанные поселения беженцев и нищеты, которые портят престиж и ландшафты процветающих сити. Против таких поселений, естественно, ведут постоянную борьбу муниципалитеты (преимущественно путем их разрушения). И на защиту их, естественно, становятся Ultra-red. Альбом «The Debt» [PR 2.03.011] посвящен дублинскому кварталу Ballymun, и представляет собой музыкальное отражение беспокойства наших героев по поводу незавидной роли этого 20тысячного поселения, оказавшегося на пути у мультимиллионного плана обновления Дублина. В альбоме нет ни одного танцевального номера. Сами Ultra-red называют «The Debt» своей самой электроакустической работой. Однако, это совсем не похоже на современный электроакустический авангард — из-за расшатанных перекатов, перестуков и иногда даже кусков нойза выглядывают все те же герои плакатов, сквозь абстракцию отчетливо проступает несогласие с положением вещей, каждый взвизг несет в себе скрытую динамику. Очень хороший альбом.

   
  

Кстати, серия Transistors обещает вскоре пополниться музыкой других инициативных политически-ориентированных групп и отдельных личностей. Среди прочих обещают музыку живущего в Токио американца, известного авангардиста Терре Тэмлитца (Terre Thaemlitz). Терре давно сотрудничает с Ultra-red, его лейблом Comatonse Recordings был выпущен диск ремиксов на ультраредов альбом «An Electroacoustic Pastoral» из серии «Second Nature» (оригинальный альбом выпущен немецким подразделением культового лейбла Mille Plateaux в 1998, и он очень понравился журналу Wire, посвятившему Ultra-red и «Electroacoustic Pastoral» целую полосу). Серия «Second Nature» — о проявлениях эксгибиционизма в общественных местах, эксгибиционизм интересовал ультра-красных в контексте борьбы против засилья обыденности. Материал для этого альбома был в основном записан в парке Гриффит — излюбленном месте лос-анжелесских сексуальных меньшинств. Некоторые из фрагментов альбома — это записи происходящих в этом парке событий и документирование публичных акций. Несколько таких акций прошли в ответ на полицейский рейд в парке Гриффит в 1998 году, когда добрая сотня рейнджеров с собаками и вертолетами атаковала небольшую кучку геев, мирно валявшихся в клумбах и развлекавшихся на свой лад — что, понятное дело, жутко нервировало обывателей. В разработке темы Ultra-red постоянно сотрудничали с местным альянсом геев и лесбиянок (Gay and Lesbian Action Alliance), а одна из их шокирующих инсталляций на ранних стадиях проекта — «redroom» — была тепло отмечена скандально известной особой Эммой Голдман — анархо-социалисткой, выступающей за сексуальную либерализацию. В те времена (1992-93) наши герои еще не были ультра-красными, а назывались bang!manifesto и всерьез мыслили себя работниками эмбиент-сцены. А название Ultra-red они позаимствовали у магазинчика запчастей на бульваре Silverlake в Лос-Анджелесе.

Примерно в это же время (т.е., в середине 90х) полным ходом шла разработка другой темы — «Clean Needles Now» — речь идет об обмене шприцов для снижения риска заболевания наркоманов СПИДом. Тогда же Ultra-red открыли клуб Public Space, в котором временами встречали посетителей своей программы, то есть, наркоманов и журналистов. Наркоманы большей частью интересовались эмбиентом, журналисты — отношением Ultra-red к наркоманам. Иногда журналисты интересовались мнением Ultra-red по поводу правительственной программы «Война против наркотиков». В таких случаях они отвечали, дескать, у нас есть своя программа, куда более гуманная и эффективная, спросите этих вот посетителей, какая из программ им больше нравится.

Ultra-red очень переживают по поводу того, что жителям Лос-Анджелеса привита боязнь к большим скоплениям народа, в ранней истории города любые неправительственные и некоммерческие объединения расценивались как нелегальные. Попытки объединить рабочих для проведения стачек заканчивались арестами организаторов и продолжительными сроками в тюрьме, а случалось, за агитацию просто убивали. Из-за этого в LA до сих пор наблюдается низкая политическая активность, и даже низкая активность вообще. Ultra-red настаивают на любом использовании публичного пространства — вплоть до того, что толпы разнородного люду должны выходить на площадь для того только, чтоб хотя бы перекинуться словами, не имеющими отношения к их работе. И свою музыку позиционируют, как возможность об этом кому-то сказать, причем, услышать должны не только уши, а само существо обывателя, его нервные центры, ответственные за радикальное восприятие окружающего. Отсюда и танцевальный характер музыки Ultra-red, которая должна воздействовать вначале на уровне рефлексов, а потом уже заставлять о чем-то подумать.

Но нельзя обойти стороной ее непохожесть на образцы клубного кромсалова. Бесспорно, это заводной хаус, но какой-то весь неправильный, непрямой, танцевальные характеристики здесь обеспечиваются не совсем традиционными для такой музыки средствами. Такое впечатление, что для производства музыки Ultra-red собирают все лучшее, что есть там и сям: непрерывность и настойчивость движения позаимствована у психоделического рока, непринужденные стыки разнородного материала — у эйсид-джаза, слоистость и непроглядность саунда — у электроакустики и интеллектуального нойза, заводной бит — у радикального техно, атмосфера — у советских агитационных плакатов времен 60х. Но кое-что есть еще в самой музыке, безотносительно к ее мотивам, нечто неповторимо ультра-красное — угловатость форм и полное отсутствие осторожности в обращении с материалом. И ярко выраженная динамика.

Несмотря на то, что темы Ultra-red не так уж и бескомпромиссны и революционны, в любом случае это здоровая тенденция — радикализация техно, нежелание соглашаться с его банальными целями. К настоящему времени техно как музыкальный подвид перестало оправдывать собственное существование — его очень много, и в таких условиях на что-то новое слабая надежда. Разве что, если речь идет об эксплуатации его в качестве «прикладного искусства», выполняющего конкретные цели для конкретной аудитории.

Май 2005    

  


www.ultrared.org — сайт Ultra-red

www.ultrared.org/publicrecord — сайт лейбла Public Record
   
  
P.S. Не имеет к делу отношения, но…

Эта заметка — в какой-то степени попытка оправдать бесполезность инди. Иногда я устраиваю передышки в удовлетворении своих неврастенических потребностей во всяких там майкро-глитч-дроун-импров-нойзах, и несмело оглядываюсь по сторонам. Причина таких передышек, в общем-то, довольно банальна. В настоящее время я живу в Алма-Ате, где клубная культура застряла в медовом капкане одинаковых экстази-вечерух, да так крепко, что, окажись в любом алматинском клубе даже слепо-глухой с уверенностью скажет, что там творится — обычный хаус-расколбас. Местные диджеи зависли в состоянии нихрена не делания, на их самодовольных и убийственно серьезных лицах выжжено, что поиск новой музыки их совсем не интересует. Понятное дело, у этого явления есть свои корыстные корни, но оставим их в покое.

Поэтому я не хожу в клубы, а зависаю дома или пью пиво в кабаках. Но я хочу ходить в клубы. Хочу, чтобы хоть кто-то немножко растормозился и выдал что-то пусть и не очень свежее, но хотя бы не настолько приторное. Так что эта заметка (кроме всего прочего) — обращение и к алматинским диджеям — пожалуйста, если у вас еще осталась хоть капля любопытства, загляните в интернет. И раз уж вы намертво приварены к хаусу, обратите тогда внимание на лейбл Public Record, временами выпускающий хаус в отменном для клубных усилителей качестве и, к тому же, совершенно бесплатно.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: