review #12 – Деталi Звуку 2007

…фест не вещает истину, у него немного иная задача — взбудоражить и мозги, и организм, дать возможность пережить музыку не только ментально, но и на визуально-тактильном уровне, чувствами удивления.

Третий фестиваль Деталi Звуку запомнился мне не столько музыкой, сколько новыми друзьями и беспрерывной беготней Киевом.

За пару дней до фестиваля я подъехал утром к гостинице «Славутич», где планировалось разместить всех участников фестиваля, и в здании которой находился клуб Cinema — площадка для первой ночи «Деталей». Там меня ждали Котра, Кириченко и Лукаш Шаланкьевич (Zenial), они познакомили меня с одним из организаторов фестиваля Unsound Мэтом Шульцем — в этом году Unsound «хостился» у ДЗ, и за счет этого фестиваль проходил 2 дня, в разном формате и на разных площадках. Котра и Андрей поехали куда-то по делам, а мы с Мэтом и Лукашем — в центр, наслаждаться то и дело срывающимся дождем и варениками в «пузатой хате». Позним вечером того дня я обнаружил себя сидящим в баре за кружкой пива, уставясь на Лукаша — тот обсуждал с одним из моих друзей спорные аспекты Варшавского восстания 1944 года (Лукаш — историк по образованию и призванию). Это был последний перед фестом ленивый день. Следующим утром я уже стоял на вокзале и, пряча лицо в капюшон, записывал на минидисковый рекордер скрип тормозов поезда, который тащил в себе ребят из проекта Nole Plastique. И понеслось… Я встречал некоторых гостей в аэропорту и на ж/д вокзале, «до вiдома зустрiчаючих — поïзд номер три запiзнюється, орiєнтовний час запiзнення — п’ятнадцять хвилин», галлоны эспрессо из макдональдса и кофейных автоматов, постоянное общение, и вместе с этим — ни минуты на полноценное интервью. В общем-то мне нравится так узнавать мир — в случайной болтовне иногда возникает больше ударов током, чем в хорошо подготовленном разговоре.

С теми или иными гостями фестиваля у меня связаны разные воспонимания, все они из-за постоянной спешки перемешались в кучу, и склеить их в связный рассказ крайне сложно, что-то запомнилось, что-то не очень — по разным причинам. Поэтому пусть идет как идет.

Ночь первая — клуб CINEMA

MATERIDOUSKA

Невероятно красивый проект из Чехии, потрясающий видеоряд, на клубном полу сидит девушка в костюме рыси и поет. Этот тонкий (моно?)(семи?)театр выглядел бы значительно эффектней во второй день (как и было заявлено в флаерах), клубная среда для него казалась несколько чужеродной. В музыке царило нечто интеллигентно ревущее, временами спускающееся до уровня еле слышимого, временами — до чего-то интересного. Девушка по имени Тереза Дамкова пела не очень уверенно, и ее голос не стремился к тому, чтобы разрушить стены наглостью. Можно сказать и так — ее голос находился в относительно узком диапазоне наглости, как собственно и музыка. Самые выразительные моменты — фольковые.

Materidouska

MICHAL MARIANEK

Михаль Марианек (Прага) делает очень заводную и немного «неклубную» музыку, несмотря на привычное айдиэм звучание и постоянную uptempo-тряску. Сказать о нем особо нечего, но слушать было любопытно.

Michal Marianek

Дуэт Materidouska и Михаль Марианек — люди, стоящие за одним из самых продвинутых неформатных лейблов в Чехии Muteme.

POLE

Штефан Бетке оказался именно таким, как его все и представляли — большим детиной, настоящим воротилой техно-дел в белой рубашке навыпуск и с огрызоком сигары в зубах, который он то и дело доставал из заднего кармана штанов. В его выступлении было много баса и бита, а вот знаменитое шуршание вовсе отсутствовало. Музыка особо не запомнилась. В интервью на бекстейдже Штефан сказал о том, что его живо интересует дабстеп, и что вообще он любит эксперименты и всякие неожиданности. Но почему-то неожиданностей в его выступлении не случилось — the old good daddy Pole.

Pole

THOMAS FEHLMANN

Томас Фелманн — легенда немецкого техно в формате лейбла Kompakt и половина дуэта The ORB. Он оказался невысоким лысым дядечкой с пышными усами, в круглых очочках — встреть вы его на улице, вряд ли вам пришло бы в голову, что это — техно-музыкант, он больше похож на работника архива. Очень милый человек, спокойный и неторопливый, говорит еле слышным голосом и смотрит на собеседника так, будто бы от того можно ждать только позитива.

Выступление состояло в бодрой пляске дядечки вокруг мак-бука — но какое это было выступление! Строгий и сильный бит, обволакивающее звучание и хорошо продуманные перекошенности и динамичные скачки в вообще-то довольно статичном техно-хрусте и техно-лязге. Я ничего не принимал (за исключением разве что ста граммов перцовки — что не в счет для восприятия техно-музыки), но не мог остановиться до самого окончания сета, прыгая по танцполу, будто нашпигованный амфетаминами. Недалеко от меня весело скакал с удовлетворенным лицом московский виджей Никита Цимбал. Народ был в экстазе, Фелманна долго не отпускали и просили поиграть на бис — дедушка с удивленным лицом завел еще несколько долбящих треков.

В самом начале фелманновского сета я случайно подслушал разговор в небольшой компании молодых людей — они говорили, что типа Фелманн оказался «всего лишь диджеем», которого не имеет смысла слушать, не закинувшись. Эта позиция бесит! Ведь музыканты, исполняющие электронную музыку, делают ее — точно так же музыканты, исполняющие живую музыку, перед выступлением репетируют. Композиторы «пишут» музыку, а исполнители ее исполняют — почему-то никого не смущает такое положение дел. В любом случае все они в каждый момент осознают, что будет дальше (это не касается разве только импрова, но это другой разговор). Виниловые диджеи вообще не пишут музыку — они ее только сводят в продолжительный микс, но почему-то их сеты расцениваются клубящей публикой гораздо более интересными, чем сессии музыкантов с лэптопами — «они же пластинки вживую крутят»! Не могу понять этого преклонения перед исполнительским аспектом! Вообще появление электронной музыки стало своеобразным для нас испытанием: нужна ли нам сама по себе музыка или все же шоу. Распространенная жалоба: «Он там стоит, не шевелясь, и непонятно, откуда берется музыка — это я могу и дома послушать». Но разве мы ходим на концерты только для того, чтобы посмотреть, как смычки порхают по виолончелям, и как надуваются головы у трубачей?! А как же магия звука, как же общественный момент? Во мне это кипело на протяжении долгого времени, и вот наконец я это высказал!

Один украинский музыкальный телеканал попросил Котру о возможности взять интервью у Бетке и Фелманна. Котра с широко разутыми глазами влетел в гримерку и сказал «Денис, можеш трошки поперекладати для телеканалу?» — в мене не було навiть часу замислитись над пропозицiєю — «ок, звичайно» — я отхлебнул глоток из откуда-то возникшей бутылки с коньяком, и приготовился мыслить рационально. Конечно, в памяти сохранились только некоторые сентенции из того интервью. Вопросы были, мягко говоря, шаблонными и неинтересными, но Томас отвечал на них бесхитростно и честно, исправляя тем самым ситуацию. Он сразу отказался от тезиса, что его может что-то вдохновлять на протяжении энного количества последних лет: «Вдохновение — это нечто такое, что сохраняется и действует продолжительно. Если ты занимаешься чем-то своим, тебе не нужна никакая подпитка в виде мимолетного вдохновения». Он признался в том, что в свое время улетел от игры Роберта Фриппа, от того, что тот делал со своей гитарой, и от того, что, несмотря на его несомненную «звездность», Фрипп мог отыграть бесплатный концерт в каком-то безымянном маленьком музшопе в Америке — собственно, где Томас его в первый раз и увидел. Томас убежден в том, что нельзя хотеть находиться «в струе» дня сегодняшнего, и что для мало-мальски сознательного музыканта является совершенно неприемлемой позиция, когда он выхватывает идеи из эфира: «Вы должны прислушиваться к своей внутренней музыке» — и он как-то совсем уж по-отечески притронулся ладонью к сердцу — «и ваша внутренняя музыка должна руководить вами, а не вы — ею». На вопрос о самом запомнившемся событии последнего времени, он сказал, что техно-фестиваль в Детройте является для него наиболее сильным переживанием — недавно он побывал там уже в пятый раз. Причем, он говорил об этом так, что, казалось, он вообще не принимает во внимание «актуальность» того или иного явления / события, гораздо важнее для него — необходимость чувствовать вокруг себя развитие, жизнь.

Мне понравился этот человек. Даже несмотря на то, что он все время держался немного на расстоянии от всех.

Thomas Fehlmann

Thomas Fehlmann

ДМИТРИЙ ГРЭН

Парень из Одессы, переехавший туда несколько лет назад из Казани. Надежда украинской современной танцевальной музыки. Сухое техно, треск и шорох, буквально слышен скрип трения битов о микросхемы. Кстати, парня заметил лейбл Kompakt, и сейчас Дмитрий может похвастаться тамошним релизом, что для украинского техно-музыканта — несомненный плюс.

В какой-то момент он содрал с себя майку, а, заканчивая сет, и вообще раздолбал муляж гитары. Это проявление взрывного панка в очищенной от эмоций техно-эстетике выглядело очень симпатично.

Dmitry Gren

Ночь вторая — МВЦ

Вторая ночь для меня была сущим адом — несмотря на то, что в ней было больше интересного, музыкального, зрелищного и бескомпромиссного, я чувствовал себя выжатым лимоном, и с трудом боролся со сном.

Все дело в том, что утром того дня я встречал в Борисполе парней из Kapital Band 1 Мартина Брэндлмайера и Николаса Буссмана, жутко перенервничал из-за неправильной информации о прилетах, и в некоторые моменты думал даже, что потерял Брэндлмайера. Через несколько часов по дороге в Гете-институт потерялся Буссман — еще один микро-стресс, вынудивший меня нервничать и спешить из точки А в точку В… потом он, конечно, нашелся — он сидел в столовке Гете института, голодный и невыспавшийся, без единой гривны в кармане, смотрел на молодежь, порхающую вокруг него со сникерсами и кофе — и чему-то внутри себя аутично улыбался.

В МВЦ я приперся совсем без сил, и моей бодрости хватило только на то, чтобы поговорить с Аллой Загайкевич, с которой мы встречаемся крайне редко, и каждой такой встрече я очень рад. Как только Алла ушла (еще до начала фестиваля), я почувствовал, как каждую чертову молекулу внутри меня неумолимо тянет вниз…

Тем не менее, как-то так получилось, что на утро я еще помогал таскать сумки с аппаратурой Александра Курия (звукорежиссер фестиваля).

АГАТА ВИЛЬЧИК

Акустический проект Агаты Вильчик произвел на меня сколь громадное, столь же и неоднозначное впечатление. Такое звучание сейчас принято называть психо-фолком, хотя на самом деле это мало похоже на фолк с композиционной точки зрения, и чересчур похоже — с точки зрения имиджа. Сама Агата — то ли действительно шаман, то ли активно изображает из себя шамана, и я почему-то склоняюсь ко второму.

Выступление Агаты Вильчик — это куча народу на сцене, коллектив состоял, кажется, из 6 человек, все они играли безукоризненно и профессионально, и по сути, недомороченная партия Агаты в общей каше звука мне показалась наименее интересной. Все это похоже на нео-фолк по нескольким параметрам: это абсолютная импровизация, поток звука очень напоминает шаманские экзерсисы, а лохмотья и хаеристость Агаты и ее коллег наводят на мысли то о чумазых хиппи, то о затянутых паутиной печных уголках старых избушек. Подобные ассоциации вызывает также и название коллектива — «Эхо второго солнца». Не укладывается в привычный образ только сама музыка — вернее, интонационные схемы и обилие моментов, когда слышно, что музыканты сознательно уходят от примитивно-гармоничных потенциалов. То есть, музыка это взрослая и вменяемая. Было заметно, что Агата — бесспорный их лидер: каждый из музыкантов время от времени на нее поглядывал, именно она рулила тем, куда всех занесет. Поразительно — несмотря на ее шаманский образ и совсем неинтересные гитарные пассажи, и даже на то, что все остальные, по сути, ориентировались на ее волю, музыка не залипала на одном месте, постоянно развиваясь и выпуская новые протуберанцы в совсем неожиданных местах. Один из самых приятных моментов — наблюдение за работой живого ансамбля, в котором музыка растет не только из-за механистичности ее извлечения, а и за счет невидимого дирижера, заставлявшего музыкантов временами поглядывать друг на друга.

Московский виджей Никита Цимбал очень тонко поймал настроение коллектива Агаты Вильчик — он шил нитками по разноцветной тряпочке, запустив макро-съемку этого процесса — иголка скакала по вышитым узорам, нитка вилась и тянулась вслед за потоком звука. Красиво, трогательно и очень уместно.

коллектив Агаты Вильчик

Никита Цимбал за вышиванием. Из-за его плеча выглядывает Вадим Угрюмов (Motor)

KAPITAL BAND 1

Ох, святые угодники, как же я страшно жалею, что у меня не было возможности спокойно поговорить с Буссманом и Брэндлмайером! Мало того, что они меня интересуют сами по себе, мне также страшно интересен их проект Kapital Band 1. В двух словах — это очень европейская по своей сути музыка в смысле конструкции, то есть взвешенности и уместности музыкальных фраз. И в то же время она — шквал звука, занимающий весь слышимый частотный спектр. Красиво, эмоционально, иногда очень грустно и щемяще, иногда игриво и хлестко, временами нерасторопно, а временами и пускаясь в дикую скачку, пьесы Kapital Band 1 вальяжно разливались по обширному конференц-залу МВЦ.

Поначалу я пытался задавать себе вопрос вроде «насколько актуальна эта музыка?» С одной стороны, мне страшно понравилось, как она звучит и развивается, а с другой — я не мог отделаться от мысли, что сделана она слишком уж «по-европейски», то есть, выверенно и безупречно. Но в какой-то момент — когда Брэндлмайер вдруг одел на это изящное тело звука вопиюще толстый слой баса с помощью своего floor-tom’а — все мои вопросы отпали, я наконец расслабился и подумал: да, несомненно, Kapital Band 1 — важное и нужное современности явление.

Мартин Брэндлмайер живет в Вене, он — невысокий парень с простым взглядом, в котором постоянно таится хитринка. Импровизатор, барабанщик / перкуссионист, участник многих проектов (вроде Trapist, Radian и бог еще знает, скольких). Играл с немыслимым количеством музыкантов — от совсем уж бескомпромиссных до вполне поп-ориентированных, но ни разу я не слышал сухого европейского авангарда в том, что выходило из-под его пальцев. В его живой работе в составе Kapital Band 1 в первую очередь поражает техника игры. Мне также кажется любопытным, как он забавляется с жанрами — сквозь изящество и рев «современной музыки» то и дело проскальзывают намеки на джаз, фанк, гранж, соул, самбу — они еле заметны, но узнаваемы и очень симпатичны.

Николас Буссман — высокий, растрепанный и немного нескладный рыжий мужик с бровями степного орла. Странноватый, но страшно интересный дядька с великолепным чувством юмора! Благодаря Наде Слободенюк, я немного узнал, что им движет — Надя записала на мой минидисковый рекордер часть воркшопа в Гете-институте. В свое время Буссман был частью европейской сцены новой абстрактной импровизации. Но в конце 90х сугубо экспериментальная тусовка показалась ему тесной, и он пошел собственным путем, ведомый желанием привнести поп-элемент в хитрую, сложную и интересную по своей сути музыку. О проекте Kapital Band 1 он говорит примерно так: «Конечно, мы с Мартином в каждый момент знаем, в каком направлении пойдет развитие того или иного трека, но всегда оставляем свободу движения на микро-уровне — в самом звуке происходит много случайностей». Его инструменты: древний секвенсор «M» и SuperCollider. Признавая, что работа с SuperCollider — это сплошная заморочка с программированием (которым Буссман и сам страдал в свое время), сейчас он советует ставить задачу перед программистами, заказывая им реализацию тех или иных процессоров или синтезаторов. Поначалу кажется, что он намеренно несет всякую ересь, лишь бы не быть похожим на заумного мак-спеца, обретающегося в контексте современной европейской культурной мысли. Чего стоит только его совет использовать пресеты вместо того, чтобы копаться в насстройках, и заявление о том, что он очень любит дилэй (эхо-эффект, основанный на многократном повторении звука). От использования дилэй бОльшая часть серьезных музыкантов отказывается из-за его излишней «красивости» и предсказуемости оказываемого им на слушателя эффекта (а именно, ощущения бесконечности, растягивания времени). Впрочем, у Буссмана есть серьезные основания тянуться ко всем этим «запрещенным» вещам — когда у него родился первый ребенок, и его жена вынуждена была проводить все время на работе, Николас месяцами оставался со своим крошеным отпрыском, пристально за ним наблюдая — и это оказало громадное влияние на его восприятие музыки. Мне нравится думать о том, что причины использования дилэя продиктованы отнюдь не характеристиками звучания, а жизненными обстоятельствами.

Kapital Band 1 - Nicholas Bussmann

Kapital Band 1 - Martin Brandlmayr

INSTITUT FÜR FEINMOTORIK

Вообще-то «Institut…» — это пятиголовая творческая группа из Германии, которая занимается музыкой, фотографией, публикует книги, выступает организатором различных культурных мероприятий, и в общем живет насыщенной творческой жизнью. В Киев приехали только двое. Музыка «института» получается путем извлечения и микширования звуков из 8 виниловых проигрывателей, на которых «проигрывается» всякий хлам — поцарапанные компакт-диски, резиночки, стикеры, просто обрывки бумаги — в общем, все, что в голову взбредет, но только не пластинки. Из этого всего поразительным образом возникает изысканный техно-нойз. Впрочем, техно-нойз это только по форме, но не по сути — до техно музыка не дотягивается из-за своего разнообразия, для нойзкора ей недостает агрессии.

Бесспорно, это увлекательное шоу, и многие, кто был в зале, признавали, что слушать это без такого вот представления было бы неинтересно. Хм, посмотрим… Надеюсь, результаты ДЗ 2007 рано или поздно будут опубликованы, и там нас будет поджидать сюрприз. Дело в том, что на фестивале я делал своеобразные аудио-заметки некоторых выступлений, записывая их с микрофона на минидисковый рекордер, и, вернувшись домой, с удивлением обнаружил, что мне было очень интересно слушать 10-минутный отрывок выступления «институтов». Оказывается, если сосредоточить внимание на музыке (чего не удавалось сделать на фестивале из-за зрелищности перформанса), сквозь кажущуюся неказистость ее наслоений выглядывают на свет ее пластика и монументальность. Сразу становится понятно, что ребята вполне отдают себе отчет, какую музыкальную форму вызовут на свет каждый наклеенный на блин стикер и каждая натянутая резиночка.

Institut Fur Feinmotorik

Institut Fur Feinmotorik

JEZIS TAHNE NA BERLIN

Чех Ондрей Скала разодрал немного уставшую от впечатлений публику на части. Сам он называет то, что играет, забавным словом breakcore-ambient, мне его выступление больше напомнило некую разновидность бастард-попа — но не того, что дурачится кросс-жанровыми ссылками, а того, что своей задорно бешеной энергией стремится подмять под себя все, что оказывается на его пути (в данном случае — публика фестиваля). Ондрей выступал с лэптопом, микрофоном и скромным количеством эффекторов. Он вовсю бесился, начитывал в микрофон на бешеной скорости брекбитовую молотилку, ожесточенно дергался под заведенные драм-н-басовые ритмы, подносил микрофон к колонкам, вызывая дикий фидбэк, мяукал и орал всякую чепуху от «You like it?! Want more?!» до «I feel bad» и каких-то уж вообще странностях о сатане — выглядело это дико и вызывало ассоциации с обрядом изгнания демонов посредством цифровых технологий. После выступления изможденный Ондрей выполз из зала и, шатаясь, побрел в туалет. Я тоже направлялся туда, и, догнав его, высказал что-то сочувственно-позитивное. Он повернулся, оскалился (на полноценную улыбку уже не оставалось ресурсов) и промычал в ответ что-то нечленораздельное, но дружелюбное. Я понял, что разговаривать по-человечески в тот момент у него попросту не получалось. Котра отозвался о его лайве в том духе, что «непонятно, как у него голова не лопнула во время выступления».

Конечно, к музыке это не имело ни малейшего отношения, и, по сути, половину работы выполняли различные программные и аппаратные эффекты — обработки было явно больше, чем требовалось при таком уровне ярости. Но с другой стороны, он вложил в свое выступление настоящую дурашливость вкупе с решимостью углубиться в эту дурашливость до самого конца — и это вызвало хоть и несколько неуверенную, но искреннюю симпатию. Когда в середине своего бесовства Ондрей вдруг остановил весь звук и с выражением серьезнее некуда выложил «I feel bad» — и в зале повисло секундное недоумение по поводу того, взаправду ли он чувствует себя паршиво или это часть перформанса — я подумал о том, что при всех малозаметных минусах само по себе его выступление представляло собой уверенный и освежающий плюс.

JEZIS TAHNE NA BERLIN

JEZIS TAHNE NA BERLIN

Значительную часть выступлений я проболтал с Кириченко и друзьями, потому что многое было абсолютно неинтересно. Уже в самом конце ночи что-то любопытное проскользнуло мимоходом у Надто Сонноï, но совсем ненадолго. Мне казалось это несколько неправильным — я имею в виду явное завышение планки для псевдо-оригинальных отечественных проектов, которые не способны ни убедительно выступить, ни вытащить из себя музыку, хоть немного расширяющую пространство вокруг себя. По крайней мере, рядом с европейцами все украинское в этом году выглядело и звучало довольно скудно (за исключением, разве что проекта Агаты Вильчик). Но, с другой стороны, есть такая штука, которая в этом году меня невероятно порадовала в Деталях: фест не вещает истину, у него немного иная задача — взбудоражить и мозги, и организм, дать возможность пережить музыку не только ментально, но и на визуально-тактильном уровне, чувствами удивления. То есть, впечатляющие экзерсисы — не цель, гораздо важнее понять, насколько разнообразные формы может принимать современный медиа-арт. И сколь бы мы не лелеяли присущий каждому из нас снобизм, лучше научиться его на время отключать, иначе любое мало мальски завязшее в «музыке» или «перформансе» явление останется для нас именно «музыкой» или «перформансом», и уж никак не заявлением автора о своих намерениях. Как бы там ни было, Деталi Звуку — пока что единственное масштабное явление в развивающемся украинском независимом медиа-арте, и поэтому завышение планки — своеобразный акселератор развития для проектов, только начинающих пролезать в арт. А уж КПД этого акселератора зависит, в свою очередь, от умения участников этих проектов отключать собственный врожденный снобизм…

Огромное спасибо за фотографии:

apocalypse.kiev.ua

flickr.com/people/sobac

marozka.livejournal.com

karakulya.livejournal.com

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: