review #15 – Musica Genera 2009

Фестиваль не просто вырос, но воспарил к небесам. Чего только стоит место проведения ― Драматический Театр в центре польской столицы. Кто бывал в Варшаве, думаю вряд ли забудет громадное здание в 10 минутах ходьбы от центрального ж/д вокзала. Это и то самый Драматический Театр, в котором несколько концертных залов, включая большую и малую сцены, были заняты Генерой.

Это не клуб, и как ни крути, на фестивальных концертах приятно ― никто не мешает рассматривать и расслушивать, никто не курит под носом, никаких визгов и звона бокалов. Организаторы беспокоятся о всех акустических и этических нормах безопасности, перед каждым концертом высказывая несколько просьб вроде выключения мобильных телефонов и воздержания от выхода из зала посреди концерта ― это, конечно, радует.
С другой стороны, налицо излишний перфекционизм ― концерты столь безукоризненно реализованы, и в программе фестиваля столько громких имен (и почти нет негромких), что встает вопрос ― а что, в современной музыке все настолько зашибись? Не хочется быть снобом (хватает того, что варшавская арт-тусовка аж искрится снобизмом), но кажется, что MG сильно хочет быть таким себе «польским трансмедиале». Вроде бы ничего плохого в этом нет, но… От прошлогоднего фестиваля в Щечине остались не только приятные воспоминания о пережитой музыке, но также от живых знакомств и диско-атмосферы, присущей послеконцертной толкотне в “официальном баре фестиваля”. Варшава ― инкубатор благовоспитанного бизнеса, даже в барах люди ведут себя, будто бы на шеях у каждого по три галстука.

И еще — сорри, фотографий так и не долждался ((

День первый ― 26/06 пятница

ROBIN FOX ― LASER SHOW
Большой и добротно исполненный мультимедиальний проект, произвел позитивное впечатление.
Лазер в проекте играет роль карандаша, а холстом становятся комната и дымо-машины. Положение луча отзывается на изменение в музыке ― те электрические импульсы, что заставляют двигаться динамики, управляют высокоскоростными машинами с лазерным лучом. Таким образом, музыка разрисовывает трехмерное пространство ― лазерный луч нарезает из дыма трехмерные фигуры, волны, фактуры. Выглядит глориозно, севастопольский феерверк по сравнению с лазером Робина Фокса ― конфети.
Музыка написана на лэптопе, дигитальный нойз. О музыке лучше не буду говорить. Нет, все же скажу два слова ― можно было расслышать, что она сделана для конкретного проекта с конкретной целью, и это конечно радует. Несмотря на запредельную громкость и острейшее звучание, на самом деле, это вполне милая поп-музыка. Вспомнились светлые времена idm…
http://www.robinfox.com.au/laser/

REINHOLD FRIEDL
Райнолд Фридл ― композитор и исполнитель из Германии, худ-рук известного коллектива Zeitkratzer и вообще… Разработал собственную технику игры на рояле, вернее, внутри него ― с помощью некоторых перкуссионных инструментов и рук, дергающих за струны.
Звучит и выглядит ― то еще шаманство. Фридл выстраивает музыку быстро, бросаясь скетчами. Скетчи сменяются, иногда накладываясь друг на друга, иногда сталкиваясь. Вся эта активность ― на фоне постоянной дрожи резонанса в воздухе. Нечто порхающее и массивное одновременно, эффект бабочки ― случайное касание пальцем приводит в движение массивно звучащие объекты, в корне изменяющие ход событий.
Позднее за вином мы говорили о его выступлении, и я ляпнул, что мне оно показалось “sexy”. Он задумался, и поправил меня ― “sexual”. Возможно…
http://www.reinhold-friedl.de/

FRANZ HAUTZINGER / GERT JAN PRINS / CHRISTIAN WOLFARTH
Кроме обычных концертов каждый фестиваль MG включает несколько импровизационных сессий-премьер. Это выступление было первой такой сессией.
Казалось бы, столько уж импровизаций записано и издано, что исчезла граница между потребителем и поставщиком. И все же каким-то образом она умудряется обрастать новыми интересными экземплярами, как, например, этот концерт. В первый день фестиваля он порадовал больше всех остальных.
Умение контактировать, заставлять, довлеть, подчиняться, ставить на карту, ставить под сомнение, но позволять себе быть очарованным.

PAN SONIC
Майкл Джексон умер, а Pan Sonic до сих пор живы ― и это сложно переоценить.
Слушать становится скучно через минут 20 после начала ― музыка чересчур пэнсониковская, слишком много бита. Радует разве что факт, что Мика и Ильпо сконцентрированы на своей затее, и делают ее всерьез, не особо анализируя свой творческий путь и не поддаваясь дигитальным приманкам. Собственно и Майкла Джексона после “Bad” стало трудно терпеть, но это не помешало доброй трети нынешнего молодого поколения стать его фанами.

День второй ― 27/06 суббота

Перед тем, как идти на концерты, я решил рассмотреть инсталляции, часть которых раскинулась на просторах Драматического театра.
Живущая в США польская мультимедиальная художница Elka Krajewska делает фильм на лестничных клетках драматического театра. Выглядит это так ― Элка выбирает место, нашлепывает на стену картонку, располагает на перилах крохотный проектор, проецирует на картонке что-то невразумительно дергающееся, показ длится 3-5 секунд, и потом она все сворачивает, делает ручкой вуаля, и скачет искать новое место. На мой взгляд, Элка больше играется в художницу, нежели ею является. Технически и идеологически проект казался слишком слабым, и от него веяло “artsy” душком. Стало совсем уж скучно, когда художница стала имитировать творческую харизму перед камерами, и я побрел смотреть на…

NORBERT MÖSLANG ― CAPTURE EXTENDED
Лейбл Cut как-то выпустил документацию этой инсталляции (см. здесь), и мне конечно было интересно увидеть это вживую. С первого взгляда инсталляция не сулит никаких сюрпризов. Посреди комнаты ― массив из десятка люминесцентных ламп, на котором расположены 2 контактных микрофона. Жужжание ламп, убийственно знакомое нам по библиотечным залам и процедурным комнатам клиник, усиливается, проходит через базовые фильтры параметрического эквалайзера и транслируется на 2 мощных спикера и саб. Звук сочен и массивен, но не раздражающ.
И это все? Несколько посетителей заходили в комнату и сразу же выходили со скептической миной типа “эти, блин, инсталляции ― пустая трата средств налогоплательщиков”.
Но не верилось, что Мьосланг настолько прост. Мое внимание привлекли три момента. Во-первых, один из приборов сильно напоминал собранный на коленях компьютер, защищенный только двумя кусками небьющегося стекла ― что делает компьютер в аналоговом сетапе? Во-вторых, на одну из стен проецировались ползущие строчки неясного кода (из-за слепящего света ламп проекцию было трудно заметить, я обнаружил ее только потому, что посреди комнаты стоял проектор). В-третьих ― в жужжании происходили минимальные, но частые (2-3 раза в секунду) изменения-сдвиги в частотах и еле ощутимые колебания громкости ― подобные инсталляции обычно так себя не ведут. Это все явно что-то означало…
В какой-то момент эти факты сложились в моей голове в целостную картинку! Самодельный компьютер нужен для того, чтобы считывать информацию из текстовых файлов, содержащих набор инструкций по изменению громкости и параметров эквалайзера поканально ― именно эти инструкции отражаются на проекции, и согласно им происходят изменения в звуке.
Я же говорил ― Мьосланг не прост! Очевидно, что Capture ― не инсталляция, но композиция, выполненная в форме аудио-свето инсталляции, где “ноты” ― те самые инструкции в текстовых файлах.
http://homepage.hispeed.ch/bots/

FRANZ HAUTZINGER SOLO
Франц Хауцингер ― автрийский трубач-импровизатор, сильно налегающий на электронику. В основном, занимается синтезом новых звучаний, в котором труба иногда играет, а иногда и “играет роль” ― то она простой триггер, а то и канала, по которому выдох исполнителя летит на вход эффект-процессора.
Впрочем, обилие эффектов не заслоняет очарования этой спокойной венской музыки, и отсутствие в ней замысловатых решений можно простить за ее игривость и экстравертность. Это был единственный концерт в маленьком зале без кресел, публика сидела на здесь и там разбросанных мини-пуфах, и общее сонно-дождливое настроение вкупе с камерным звучанием трубы Франца Х. создавало лениво-дружественно атмосферу.
http://www.franzhautzinger.com/

MARTIN BRANDLMAYR
Соло венского барабанщика Мартина Брандлмайра разочаровало. Его хлесткое стрекотание и недо-грув всегда были дизайнерскими завитушками на визитных карточках групп Trapist, Radian, Autistic Daughters и Kapital Band 1. В сольном выступлении все его “рабочие” фишки сами по себе работать отказывались, и в сколь-нибудь осмысленную форму тоже складываться не желали. Не помогал даже компьютер, в реальном времени сэмплирующий барабаны и пытавшийся строить крайне бессмысленные последовательности.
http://www.myspace.com/martinbrandlmayr

HILD SOFIE TAFJORD
Миловидная девушка из Осло, Норвегия, коллега Майи Ратке по известному коллективу Fe-mail и менее известному, но не менее мощному Agrare. Хилд Софи вывалила в зал около 40 минут отчаянно громкого и слоистого нойза, но без агрессии и боли в ушах. Примерно на 20минуте она, кажется, рассталась с надеждой решить, в какую теперь сторону вести выросшее чудовище, и просто повторила схему первой части концерта “нарастание-кульминация-спад”. Не считая того, что время от времени она дула в тромбон, на столе был ворох вполне современных устройств, и возможно, музыка сама нашла бы себе дорогу, если б не обилие возможностей для ее контроля (читай ― слайдеров и кнобов процессоров эффектов). Странные все эти современные музыканты ― играют столько лет, и будто бы до сих пор не понимают, что техническое ограничение ― один из самых эффективных способов поиска уникального художественного языка.
http://www.myspace.com/hildsofie
http://www.femailmusic.com
http://www.agrare.com

LIONEL MARCHETTI
Композитор конкретной музыки и импровизатор, участник сверх-громкого (в прямом и переносном смыслах) коллектива Quintet Avant, и многих иных проектов. На фестивале он представлял 2 конкретных композиции для мультиканальной системы, к сожалению, я не запомнил названия первой, но помню, что она была о красоте природы. Вторая называлась “Nature Morte” ― мертвая природа (в живописи эта французская фраза означает «натюрморт»).
Сколь бы магической ни была эта музыка, как бы загадочно не звучали в ней голоса и полевые записи, моему разочарованию не было предела, когда я осознал, что Маршетти, по сути, делает каждый раз одну и ту же композицию. Послушайте его “Portrait d’un Glacier” (Ground Fault, 2001) и “Docteur Kramer” (Musica Genera, 2005) ― сразу поймете, о чем речь. Голоса, радио-сэмплы, звуки природы и иные события возникают здесь и там, а чтобы они не звучали “из ниоткуда”, Маршетти возводит вокруг слушателя сети из прозрачного и тревожного гула. Плюс “трюки”, хоть как-то дестабилизирующие систему: внезапность появления новых “персонажей”, резкие изменения громкости, фразы на разных языках, перемещения и “загустения” звуков в пространстве (типа из левого тылового канала в правый фронтальный с параллельным добавлением низких частот).
На воркшопе, который состоялся на следующий день, Лионел говорил о том, что его музыка ― о голосах духов. Это правда ― она действительно обладает изрядной долей мистики и способна на подмену действительности. Но если в течение нескольких лет одни и те же духи хлопают все теми же дверьми, они утрачивают свои полтергейстские качества и превращаются в соседей по жилплощади…
Пара композиций, которые он предлагал послушать на мастер-классе, и вовсе были какой-то экспериментальной электроникой, прости господи… Немного странно оттого, что ранняя музыка Маршетти была гораздо более наглой, вариативной и свихнувшейся, но не менее загадочной и красивой, чем современные “природы” (очень рекомендую его альбом “Mue”, Metamkine, 1993).
http://lionel.erasme.org

MARTIN BRANDLMAYR / REINHOLD FRIEDL / JÉRÔME NOETINGER
Еще одна премьерная сессия на фесте, и ― полный провал. Фридл прикидывался все знающим композитором, Брандлмайр безуспешно пытался хоть как-то этому следовать, а Нотинжер сохранял силы для завтрашнего соло-выступления.

MARCUS SCHMICKLER
Ну что здесь говорить… Крут, спору нет. Его выступление на MG ― из тех, что доходчиво объясняет на примере, зачем люди учатся в музыкальных академиях.
На фестивале Маркус Шмиклер представлял 10-канальную композицию “Bonner Durchmusterung”, а точнее говоря ее часть, способную существовать в виде самостоятельного куска музыки (полная композиция представляет собой ни много ни мало аудио-иллюстрацию вселенной). Мне удалось расслышать, что она сделана с помощью Super Collider*, и впоследствие Шмиклер рассказал, что в основу композиции положена идея гравитации из библиотеки redUniverse известного разработчика Фредрика Олофссона (http://www.fredrikolofsson.com/).
Организаторы предупредили перед концертом, что неподготовленного слушателя такая музыка может не столько очаровать, сколько испугать. Нет в ней ни негатива, ни позитива ― чистая абстракция, но все события столь отчетливы, что превращают прослушивание в тактильное ощущение: кажется, будто из спикеров сейчас что-то вылезет, как в японских жутиках из телевизоров и фотографий выползают давно мертвые тетки. Массивность и запредельная громкость звука нисколько не мешает расслышать каждый микро-хруст внутри этих вихрей, а мультиканальность (то есть, окружение звуком) усиливает ощущение телепортации в непостижимую реальность, где орудуют незнакомые нам физические силы, и где работают незнакомые нам органы чувств. Что и говорить, если музыка заставляет наделать в штаны, ее автор достоин восхищения.

* Super Collider ― если в двух словах, то это динамический язык программирования для мультимедиа (звук, графика, видео, анимация). С точки зрения музыки покрывает следующие области: синтез звука, обработка в реальном времени (процессинг), алгоритмическая композиция. Спокойно себя чувствует в IP-сетях за счет поддержки протокола Open Sound Control. Написав “мне удалось расслышать … Super Collider”, я покривил душой ― на самом-то деле у SC нет никакого специфического звука, запрограммировать возможно любой тембр и любое его изменение. Отличить его можно, скорее, по невероятной свободе и динамике, с которой композитор формирует музыкальную ткань, и еще по крайне отчетливому звучанию.

http://www.piethopraxis.org
http://pluramon.com

(кстати, очень рекомендую давний проект Шмиклера Pluramon — гитарный пост-рок с социальной лирикой, зацените секцию video на сайте проекта).

После Шмиклера в высшей мере агрессивный дуэт Lasse Marhaug + John Wiese звучал умиротворяющей колыбельной.

День третий ― 28/06 воскресенье

JÉRÔME NOETINGER
Ох уж эти французы…
Сетап Нотинжера представляет собой Re-vox, набор дергающихся самодельных устройств и доисторический микшерский пульт со встроенными эффектами и очевидно препарированный. Музыка возникает буквально из воздуха, движимая очевидными законами радиоэлектроники и механики, но саму ее никак нельзя назвать очевидной. Нотинжер смотрит на нее с высоты птичьего полета, отдавая себе отчет, где он сейчас находится и в каком направлении движется, выстраивая конструкции в перспективе и нисколько не боясь ошибок и неожиданных звуков (так называемых артефактов). Но легкость звукоизвлечения и непосредственность компонования ― это еще не все, на концептуальном уровне тоже царит полная свобода ― выступление содержало изрядную долю иронии, представляя собой серию из 4 “посвящений” разным людям, в основном ― композиторам, чьи работы были представлены на фестивале ранее. Посвящение Маркусу Шмиклеру ― 3-4 минуты тишины, как нечто полярное чрезвычайной громкости его композиции; Лионелу Маршетти была посвящена импровизация, которая началась с мирных звуков, напоминающих кваканья, скрип деревьев и птичий свист, но быстро выросла в лавину агрессивного лая и брутального хрюканья. При этом сама по себе музыка никогда не становилась откровенно брутальной или агрессивной ― во всем чувствовался подход музыканта, ценящего элегантность в музыке, но не привыкшего к осторожности в обращении с материалом.
http://www.metamkine.com/
http://metamkine.free.fr/

Откровенно говоря, после Нотинжера никакие иные концерты не имели смысла, но я все же решил заценить Synchronator (оказавшийся совершенным разочарованием ― странно, что в общем-то любимый мной Gert-Jan Prins позволяет себе такую бессмыслицу), и еще…

JAZKAMER
Всем очень понравилось, как организатор феста Роберт Пьотрович представил коллектив: “ветры норвежских фьордов”. Jazzkammer ― легедарный дуэт электронного громилы Лессе Мархауга и гитариста Джона Хегре, несколько лет тому убрал двойные согласные из названия, а совсем недавно оброс еще и барабанщиком по имени Нильс Аре Дрьонен (возможно, только для этого конкретного выступления). Первый раз был на их концерте, так что не могу судить, изменилась ли музыка под влиянием этих факторов. Ясно одно ― живые выступления совершенно отличаются от записей.
Если в двух словах, то это отчаянно вопящий бессмысленный нойз, никакой шелухи вроде саунда или структуры нет и в помине. Барабанщик за несколько минут развалил установку и покинул сцену, Мархауг и Хегре пахали борозду, пока ноги держали. Когда ноги держать отказались, Мархауг перевернул стойку со своей гитарой и эффектами, и наконец это мучение закончилось. После этого все трое вышли из-за кулис и спокойно поклонились. Зал неистовствал. Похоже, это был хороший концерт.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: